Автор статьи:
Мехоношина Ольга Олеговна
врач-психотерапевт,психолог
Потеря близкого человека разрывает привычную ткань жизни. Это одно из самых травматичных для нашей психики потрясений, меняющее нас на «до» и «после». В условиях внешней неопределённости, когда нет чувства стабильности, а будущее кажется зыбким, этот разрыв становится особенно глубоким. Наша способность справляться с горем истощается. Однако горе не является патологией, это естественный, хоть и мучительный, процесс. Понимание его механизмов помогает не сломаться и со временем вернуться к полноценной жизни, сохранив память об ушедшем с чувством благодарности и способностью жить дальше. В такие моменты особенно важно понимать: острая боль не будет длиться вечно, и существуют пути, которые помогают психике постепенно вернуть равновесие.
Первое, на что хотелось бы обратить внимание, что переживание утраты - это не болезнь, а нормальная реакция на ненормальное событие. Под утратой не обязательно предполагает уход из жизни близкого человека. Утрата переживается остро не только при смерти близкого человека, но и при временной разлуке или разводе, гибели домашнего питомца, утрате значимого социального статуса, или даже при разрушении привычных убеждений, которые давали чувство стабильности и внутренней опоры. Любое событие, которое подрывает стабильность и безопасность, способно запустить механизм переживания горя.
Можно сказать, что переживание утраты представляет из себя системный ответ от психики и тела. Формально можно разделить симптомы на телесные и психические. Физически человек может ощущать, например, отсутствие сил и энергии, хроническую усталость, прерывистость дыхания или затруднённый вдох, нарушения сна, потеря аппетита или переедание и тд. Иногда может появляется страх заболеть той же болезнью, от которой ушёл близкий, что может ощущаться на телесном уровне в виде соматоформных болей. Психологические проявления также очень разнообразны, и могут быть представлены чувством вины, тоской, тревогой, раздражительностью, забывчивостью, ощущением внутренней пустоты, равнодушием к окружающему миру, постоянными мыслями об умершем и его идеализацией и тд. На поведенческом уровне переживание потери может выражаться в избегании мест или вещей, связанных с утратой, либо, напротив, постоянном перебирании предметов памяти, напоминающих о ней. Все эти симптомы представляют из себя нормальная работа психики, перегруженной потерей. Если такие состояния длятся дольше полугода-года без тенденции к ослаблению, речь может идти о пролонгированном (осложненном) трауре, который может перейти в более тяжелое состояние и уже требует профессиональной помощи.
Рассмотрим, как разные психотерапевтические подходы понимают механизм переживания утраты.
В 1917 году была опубликована работа «Скорбь и меланхолия», написанная Зигмундом Фрейдом. В этой работе он описывает два вида реакций на потерю значимого объекта: нормальный процесс горевания, который со временем преодолевается, и «болезненную меланхолию». В наше время под меланхолией понимают депрессию. Фрейд объяснял горе как столкновение с реальностью. Нежелание мириться с тем, что любимого объекта больше нет, психика пытается исказить реальность с помощью защитных механизмов: например, отрицания, вытеснения, замещения, рационализации. Чем более зависимыми и инфантильными были отношения с ушедшим, тем выше риск того, что горе станет патологическим - перерастёт в депрессию, различные психосоматические заболевания или зависимость. Задача здорового траура - постепенно «отнять» психическую энергию от образа ушедшего и перенаправить её на новые объекты, не забывая при этом о потере. Это обеспечивает постепенное возвращение к жизни с чувством тепла и благодарности за то, что нам было дорого, с возможностью создавать новые связи, формировать новые отношения и получать радость от этого. Сопротивление этому процессу приводит к патологическому трауру, при котором человек бессознательно отказывается признавать утрату и сохраняет внутреннюю привязанность ценой собственного страдания.
В отличие от Фрейда, Виктор Франкл, один из основоположников экзистенциальной психотерапии, видел в страдании не только боль, но и возможность. С его точки зрения ситуация утраты способна актуализировать ценность страдания - человек может открыть в себе внутреннюю мудрость, переоценить жизнь и стать сильнее. Утрата обнажает фундаментальные экзистенциальные данности такие как конечность жизни, понятие свободы, одиночества, бессмысленности и смысла жизни. Франкл считал, что задача человека не «забыть» ушедшего, а найти новое значение жизни, которое включает в себя память о нем. Несмотря на то, что физического присутствия больше нет, внутренняя связь сохраняется через ценности, которые умерший воплощал в жизни и которые теперь живут в тех, кому этот человек был дорог.
Впервые модель переживания утраты в виде стадий горя были описаны швейцарско-американским психиатром Элизабет Кюблер-Росс. Изначально она описывала реакции неизлечимо больных пациентов на собственный диагноз, но впоследствии предложенная ею модель была адаптирована для понимания горя при потере близкого человека.
Согласно этой модели, психика проходит пять этапов:
Важно понимать, что эти стадии не проходят строго по порядку и только один раз. В реальности человек может возвращаться на предыдущие этапы, застревать в гневе или депрессии на месяцы, проживать несколько стадий одновременно. Особенно это заметно в условиях кризиса и неопределенности: внешние потрясения могут «отбрасывать» обратно в отрицание или гнев, даже когда казалось, что принятие уже наступило. Данная модель вызывает различные дискуссии среди врачей и психологов. В литературе можно встретить большое количество классификации стадий горя, состоящих от трех до восьми фаз с похожим содержанием, более или менее подробным описанием внутрипсихическими переживаниями. Например, Джон Боулби, создатель теории привязанности, выделял четыре фазы траура: оцепенение, тоска и поиск, дезорганизация и отчаяние, реорганизация. Тем не менее, сколько бы моделей ни было, по смыслу они похожи друг на друга. Модель полезна тем, что она нормализует наши переживания: «если я злюсь или «торгуюсь» - я не схожу с ума, я просто на определенной стадии горя». Не следует требовать от себя прохождения всех стадий «по графику» или винить себя, если принятие не наступает в ожидаемые сроки. Психика имеет собственный темп, и задача близких и психотерапевта - не торопить, а сопровождать, оказывать поддержку и безопасную среду для восстановления.
Главная задача помогающего - создать условия для естественного проживания горя, без подавления и игнорирования эмоций.
Признаки нормального горя:
Признаки патологического (осложнённого) горя:
Среди факторов риска развития патологического горя можно выделить следующие:
Психотерапевт (особенно работающий в психоаналитической или интегративной традиции) не «вылечивает» горе - он сопровождает. В безопасной среде вы можете плакать, злиться, путаться в воспоминаниях, не боясь осуждения. Специалист поможет:
Горе не должно быть пережито «правильно». Оно не подчиняется календарю или четким стадиям. Восстановление подразумевает обретение способности жить с присутствием ушедшего в нашей памяти, не распадаясь на части. Если позволить себе чувствовать, не изолироваться и при необходимости принять помощь - психика найдёт путь к восстановлению. Переживание утраты оставляет шрамы, но несмотря на это со временем мы можем жить дальше с памятью о потере, которая из источника боли постепенно превращается в источник внутренней силы.
